Слово оппоненту

2009-06-24

Одна из норм журналистской этики — всегда давать слово оппоненту. Проще говоря, если обозреватель явно симпатизирует СПО, то он обязан познакомить читателя с точкой зрения иной стороны. Что я сейчас и собираюсь сделать.

Но не только по соображениям этического характера. Мне думается, что, длительное время пребывая в некоем замкнутом состоянии, мы в определенном смысле уже не в состоянии адекватно оценивать текущую ситуацию и некоторые насущные проблемы. Поэтому сейчас очень ценна вменяемая критика СПО-бизнеса. Именно она поможет избежать возможных ошибок.

Представляю вам моего сегодняшнего собеседника. Прошу любить и жаловать — Михаил Елашкин, основатель сайта сообщества IT-профессионалов ITBlogs (itblogs.ru). Именно он защищал коммерческое ПО на традиционном ИТ-шоу "Игры разума" на тему "Коммерческое ПО VS Свободно распространяемое ПО", проходившего в рамках IV CIO Congress White Nights (Конгресс "CIO Белые ночи") в конце мая этого года в Санкт-Петербурге.

В конце концов, сторонников СПО мы уже достаточно слушали. А что же скажет его противник?

Сергей Голубев: Начну с главного. Коль скоро мы будет обсуждать российский СПО-бизнес, то существует ли, на Ваш взгляд, таковой вообще?

Михаил Елашкин: Безусловно, он существует в какой-то форме. Причем, я подозреваю, что мы имеем недостаточно адекватное представление о его масштабах.

Дело в том, что мы часто отождествляем СПО и Linux, или, точнее, LAMP. Вокруг Linux действительно существует множество организаций, как классических "общественных", так и вполне коммерческих. Например, активно работает IBM. Но многие компании неизвестны широкой общественности. Например, я знаю об Open Source проекте по автоматизации театра — управление освещением, сценой и т.д.

Так что, все у нас есть. И бизнес есть, и проекты есть.

С.Г.: Тем не менее, все наши крупные СПО-компании (кстати, я все-таки не готов признать IBM российской фирмой) отличаются тем, что создают свои дистрибутивы, то есть — собирают чужие программы в одну систему. Может быть, если бы с самого начала они не стали бы заниматься локализациями и иными доделками, а приступили бы к разработке какой-нибудь крупной пользовательской программы, то сегодняшняя ситуация была иной? Скажем, был бы у нас свободный FineReader, его бы включали в разные дистрибутивы... Наверное, это было бы лучше для отечественной СПО-отрасли.

М.Е.: В СССР каждому рационализаторскому предложению присваивался коэффициент сложности. Скажем, если внес изменения в одну деталь, то он невысокий, а если целиком создал узел или целый агрегат, то побольше. И чем выше коэффициент, тем выше ценность работы, тем больше за нее платили. Конечно, создавать машину сложнее, чем модернизировать ее часть, но всегда были и те, и другие. Сегодня шум и крики идут вокруг "Национальной ОС", что, в общем, подразумевает локализацию и еще ряд работ такого же уровня. Это важно, но в иерархии сложности эти работы стоят ниже, чем создание собственного оригинального ПО.

С.Г.: И Вы полагаете, что наши Linux-компании просто не справились бы с такой работой?

М.Е.: Из меня очень плохая гадалка. Я не могу судить о причинах, важен факт — они так делать не стали. И до сих пор не делают.

Создание пользовательского ПО — это очень сложный процесс. До того, как начать программирование, нужно выбрать правильное направление, поставить задачу. Потом это ПО нужно превратить в продукт, поддерживать его, пропагандировать, развивать… В результате должно получиться полезное приложение, а не просто сколько-то строк красивого кода.

Если рассматривать не только процесс создания кода, то проприетарное ПО, в этом смысле, ничем не отличается от свободного. Только модели зарабатывания денег разные.

Продвигаемый частью СПО сообщества путь, конечно, дает некий опыт, позволяет интегрироваться в крупные проекты. Но не дает главного — знания, как с нуля создать и развить собственные продукты, чтобы потом выводить Россию на мировые рынки. Вот Касперский и 1С дают, а СПО нет.

Грубо говоря, у нас так собирают западные автомобили — прикручивают к ним зеркала и колеса. В СПО похожая ситуация.

Поэтому, на мой взгляд, было бы полезней, если бы наши СПО-компании разрабатывали бы что-то собственное. Нужный опыт таким способом приобретается значительно быстрее.

С.Г.: Но это требует серьезных вложений. Может быть, беда нашего СПО-бизнеса в том, что нет у нас своего "Шаттлворта", который вложит в него серьезные средства? Или нужен свой "Столлман", который оставит работу в хорошей фирме и займется евангелистской деятельностью? Насколько я понимаю, бизнес может дать денег либо на благотворительность, для чего нужна личность, либо другому бизнесу, для чего нужна уверенность, что вложенные средства вернутся.

М.Е.: Я думаю, что ситуация еще хуже. Даже если бы у нас был свой "Столлман", то бизнес все равно не давал бы денег. В российском IT вообще сложно получить деньги на развитие от российского инвестора, а западные к нам прилетать не спешат. А объяснить отечественной "акуле капитализма" бизнес-модель капитализма… тут надо не Столлманом быть, а Иоанном Крестителем…

С.Г.: А делает ли что-то наш СПО-бизнес для того, чтобы эту модель прояснить?

М.Е.: А что он может сделать сам? Наш IT-рынок, как проприетарный, так и свободный, целиком и полностью зависит от Запада. Если завтра на Западе восторжествует идея о том, что все компьютеры должны быть зеленого цвета, то и у нас они станут такими же при любом раскладе — корпуса другого цвета просто не будут производиться.

Соответственно, наш СПО-бизнес тоже очень зависим. Поэтому никакой новой модели он не может предложить, и прояснять ему нечего. Он для этого элементарно несамостоятелен. Если хотите, назовите это "следованием мировым тенденциям" или "общими ценностями", но суть от этого не изменится.

С.Г.: А как наш бизнес относится к СПО-компаниям вообще? Например, недавняя история с испорченными компакт-дисками и реакция на нее прибавила ли уважения СПО-бизнесу?

М.Е.: Много лет назад на российском рынке очень жестко конкурировали две компании (не буду называть имен). Потом одна компания, якобы от лица другой, разослала фальшивые пресс-релизы с признанием поражения и ухода с рынка. Прошло 15 лет, и никто уже не помнит, кто был негодяем, а кто жертвой, но все помнят, что компании были замешаны в неприятном скандале.

С точки зрения бизнеса, совершенно неважно, кто неправильно поступил, кто допустил ошибку. Важно, что раздут скандал. А любой скандал в индустрии снижает к ней доверие в целом. Поскольку и до этого доверие к СПО-компаниям было, откровенно говоря, невысокое, то этот скандал явно пошел им не на пользу.

Посмотрите на банки. Они же постоянно конфликтуют, какие-то проблемы решают. Но тихо, не вынося это на широкую публику. Все понимают, что от скандала пострадают все в равной степени.

Да и потом, есть же другие, не менее эффективные способы. Если есть какие-то претензии, то сначала проводятся переговоры, потом можно обратиться в суд. Именно так ведут себя крупные компании, у которых СПО-бизнесу надо поучиться.

Крупные компании никогда не полезут в скандал, если при этом они гарантированно не выиграют. Они будут лавировать, вести какие-то переговоры, иными методами добиваться своих целей.

А СПО'шники — выходцы из другой среды. У них другой тип поведения — они по привычке устроили форумный вой. Очевидно, что крупный бизнес от такого будет держаться подальше.

Теперь вся отрасль знает, что если в проекте задействовано СПО, то чуть что, они побегут жаловаться президенту страны. Не надо быть великим аналитиком, чтобы спрогнозировать направление изменения числа компаний, которые заходят сотрудничать на таких условиях.

С.Г.: А готов ли СПО-бизнес учиться?

М.Е.: Те представители СПО-бизнеса, которые постоянно на слуху, учиться не готовы.

Идеологи этого бизнеса свято верят в идею "Just for fun". Они не могут вести себя так, как ненавистные им корпорации. Это для них неприемлемо идеологически.

Есть другие — прагматики, люди, для которых СПО — не цель, а средство. Эти могут учиться. СПО и бизнес не антагонисты по сути, а разные модели одного и того же. Сегодня, с нашим безверием, может показаться диким, но ведь Гагарин — он был космонавтом, и … убежденным коммунистом. Идеология не должна мешать жизни.

С.Г.: Сейчас в СПО-бизнес приходят крупные компании. Вот, например, PingWin. Смогут ли они как-то изменить ситуацию?

М.Е.: Любое движение развивает. Скажем, спортсмен во время тренировок бегает. Полезного труда он, вроде, не совершает, но польза ему от этого есть.

Нельзя отрицать, что СПО развивается. Наверное, могло бы быть лучше. Как и в любом другом деле.

С.Г.: Спасибо за беседу.

Комментарии